Главный Обвиняемый

Всё началось с того, что Шеф полиции пригласил Джейкоба Смиттерса к себе в кабинет и сказал:

— Джек, произошло убийство и я хочу, чтобы ты возглавил это расследование.

— Почему? — спросил Джейкоб.

— Потому что, — объяснил Шеф, и выгнал Смиттерса вон.

“Ещё один день на работе” — подумал Джейкоб и взялся за дело.

Изучив первичные данные, Джейкоб понял, что это будет нелегко. Жертвой была женщина по имени Нэнси Джонс, но суть была не в этом. Суть была в том, что не было ни одного человека, которого можно было бы хоть в чём-нибудь заподозрить.

Мисс Джонс была убита, когда выходила из многоэтажного дома, в котором находилась её квартира. Орудием преступления, по заключению судмедэкспертов, являлся неправильной формы камень размером с кулак, который угодил ей по голове и, по несчастью, также проломил её. Поразмыслив немного, Джейкоб пришел к выводу, что камень мог быть брошен из одного из окон, находящихся над входом, или же с крыши здания. “Это нить” — подумал Джейкоб, и принялся допрашивать всех жильцов дома. Через два дня (один из них ушёл на то чтобы допросить старушку со второго этажа, которая никак не хотела ни говорить по делу, ни отпускать следователя, и всё порывалась накормить его печеньем домашнего приготовления) так вот, через два дня, стало ясно что: 1) Никто из жильцов этого дома не имел привычки бросаться камнями в людей; 2) Никто из них также не видел, чтобы кто-нибудь проделывал нечто подобное в день убийства; 3) Никто из них не знал убитую хоть сколько-нибудь хорошо; 4) Никто из них не верил, что у неё могли быть враги; 5) Водопровод в этом доме нуждается в срочной починке.

Таким образом, суммировав все данные, Джейкоб пришел к однозначному выводу, что камень должен был быть брошен с крыши дома. Придя к нему, он обратился к группе экспертов, и попросил их просчитать вероятность попадания камня, брошенного с крыши десятиэтажного дома, в движущуюся цель диаметром от десяти до пятидесяти сантиметров, с поправкой на погоду и прочие условия, влияющие на меткость, вплоть до курса акций на бирже в тот день.

Эксперты назвали цифру. Ответ экспертов ошеломил Джейкоба. Вероятность попадания была настолько мала, что оставался только один возможный вывод: РАБОТАЛ ПРОФЕССИОНАЛ.

Поисками этого профессионала занялись все свободные на тот момент люди. Было задержано множество профессионалов, до этого ловко скрывавшихся от полиции, но все они были отпущены, как только выяснилось, что они неспособны на действие такого уровня профессионализма. Многие из них в тот же день ушли в отставку, убедившись в полной своей некомпетентности.

Подозреваемый Икс оказался крепким орешком. К его делу прибавлялись новые и разнообразные злодеяния, общим у которых был только то, что все они были исполнены с профессионализмом просто невероятного уровня. Например, он ухитрился заставить мистера Грегори из Нью-Йорка поскользнуться как раз тогда, когда проходило метро, причем сделать это в глубокий ночной час, предварительно напоив его дешёвым виски в баре “Полуночный экспресс”, через дорогу от станции, что являлось не только изощренным, но и садистским и полным черного юмора способом убийства.

Джейкоб Смиттерс работал, не покладая рук. Он самоотверженно гонялся за уликами, и делал это до тех пор, пока, во время допроса, один из свидетелей не заявил:

— Только Бог знает…

— ЧТО?! Какой такой Бог? — вскричал воодушевленный Джейкоб. — Говори, быстро, где он живёт, чем занимается и КАКОЙ У НЕГО РАЗМЕР ОБУВИ?

Дело получило неожиданный поворот. Появился новый свидетель, допрос которого мог окончить это расследование. Все силы полиции были брошены на его поиски. К сожалению, он хорошо скрывался: несмотря на то, что он был, по-видимому, весьма известной фигурой, никто не знал в точности, где его можно найти.

Неизвестно точно, когда именно у Джейкоба начало зарождаться подозрение что Г. Бог, не просто свидетель, но соучастник преступления (ведь он, по заявлениям допрашиваемых, знал всё, и при этом не заявил в полицию!). Известно только то, что вскоре он был объявлен Главным Подозреваемым в этом деле, а затем и Главным Обвиняемым — особенно когда выяснилось, что он не только способен попасть с вероятностью 1000% в движущуюся цель размерами от десяти до пятидесяти сантиметров с высоты десятиэтажного дома, но и в цель диаметром 0,000001 мм движущуюся со скоростью света с другого конца Вселенной.

Машина правосудия завертелась. Материалы дела прибывали не по дням, а по часам. Новые данные показывали, вне всякого сомнения, что Г. Бог — величайший преступник всех времен и народов, что особо подтверждал тот факт, что упоминания о нем и его злодеяниях существовали у всех народов и во все времена.

Судебный процесс над Г. Богом обещал быть очень интересным. Ни газеты, ни телевидение не называли его ни “процессом века” ни “процессом тысячелетия”. Это было слишком мелко. Во всех новостях мелькало громкое название “Величайший процесс во Вселенной с момента её сотворения”. “Мир охватило безумие” — писал один из комментаторов, — “но это благородное безумие, безумие человека, жаждущего справедливости, правосудия и, рано или поздно, справедливость восторжествует, правосудие свершится, и преступник будет покаран!”

Законченный текст обвинения состоял из 78 с половиной тысяч страниц. Материалы дела, вещественные и иные доказательства весили в общей сложности 6 триллионов тонн. Одно время для их хранения хотели построить ангар, но от этой инициативы пришлось отказаться, так как стоимость этого проекта превысила бы всепланетный доход за следующие 5 тысяч лет.

Джейкоб Смиттерс ликовал. Ещё бы, ведь это он, и никто иной, запустил эту машину правосудия, и теперь она не остановится никогда, по крайней мере до тех пор, пока виновник не получит по заслугам!

Отдельные данные о злодеяниях Главного Обвиняемого, почёрпнутые из Библии и учебников истории, разбирались во всех подробностях по всем каналам радио и телевидения. Тут был и геноцид динозавров (“зелёные” бушевали), и Содом и Гоморра (геноцид с применением неконвенционального оружия, военные преступления), и массовые истребления одних народов другими “во имя Божие” (военные преступления, нарушение Женевской конвенции, преступления против человечества), манипуляция и заговор со введением в заблуждение целых народов, а также все землетрясения, наводнения, пожары, извержения вулканов, ураганы и прочих бедствия, которые издавна классифицировались всеми страховыми службами мира как “acts of God”1.

Оставалась только одна проблема: разыскать Главного Обвиняемого, арестовать его и доставить на суд. Над этой задачей бились все полицейские мира. Все остальные проекты и дела, как менее важные, были заморожены. Преступники ликовали.

И вот, однажды, мир потрясло сообщение некоего человека, заявившего, что ему известно местонахождение Бога, и что он выступит на суде с этим заявлением. Была немедленно назначена дата заседания, и все лихорадочно принялись готовиться к этому событию.

Грандиозный зал суда мог вместить тысячу зрителей, однако на деле он вмещал целых две. Для тех, кому не повезло находиться в этот момент в зале, стрекотали камеры, транслировавшие всё происходящее на все каналы телевидения во всех странах.

Коллектив судей с достоинством восседал на возвышении в дальнем конце зала. Раздался стук судейского молотка.

— Суд идет! — прокатился по залу голос Главного Судьи, и все затихли, осознавая важность момента.

— Свидетель! Займите свое место! — потребовал Главный Судья.

Свидетель медленно и торжественно прошествовал на свое место.

— Свидетеля к присяге! — приказал Судья. Служащий обратился к Свидетелю:

— Свидетель, клянетесь ли вы говорить правду, всю правду и ничего кроме правды, и да поможет вам… в смысле, вы клянетесь?

— ДА! — возгласил Свидетель.

— Итак, — Судья был строг. Он тоже понимал всю торжественность момента. — Вы знаете, где находится Обвиняемый, Г. Бог?

— ДА! — возгласил Свидетель.

Мир затаил дыхание.

— В таком случае, назовите его местонахождение Суду!

Свидетель медленно улыбнулся, затем вскинул вверх потрепанный томик сочинений Фридриха Ницше и возгласил на всю планету:

— БОГ УМЕР!

Грянула буря. Все негодовали. Все рвали и метали. Все бились в истерике от мысли о том, что виновник всех зол ушёл от правосудия таким пошлым и банальным способом.

Гроза длилась не менее часа, прежде чем Судья сумел, наконец (с помощью полиции, армии и пожарной службы), восстановить порядок в зале.

Он откашлялся и стукнул молотком, выглядя бесконечно усталым.

— Дело закрыто, в связи со смертью обвиняемого. Все свободны.

По залу прокатился стон разочарования.

— Одну минутку! — Джейкоб Смиттерс вскочил с места и потребовал слова.

Судья, немного поколебавшись, махнул рукой.

“Теперь уже всё равно” — апатично подумал он.

Джейкоб Смиттерс вперил решительный взгляд в Свидетеля.

— Это является моей работой, и потому я должен задать этот вопрос.

Он повысил голос.

— Свидетель! Вы сказали, что Бог умер.

По залу прокатился шум. Смиттерс снова повысил голос.

— Свидетель! КТО ЕГО УБИЛ?

Свидетель сверкнул глазами и ухмыльнулся так, что некоторым зрителям захотелось спрятаться под скамьи.

— ЧЕЛОВЕК! — возгласил он, и торжествующе сошел с трибуны.

Воцарилась напряжённая тишина. Смиттерс почувствовал на себе взгляды всего мира.

— Ваша честь, — обратился он к Судье. — Я возьмусь за это дело, найду виновного в этом преступлении и приведу его на скамью подсудимых!

По залу прокатился рёв одобрения.

Мир вздохнул в предвкушении.

Назревал новый, ещё более грандиозный процесс…


  1. “act of God” — форс-мажор, досл. “деяние Бога”